Я родился и вырос в городе авиации, территорию которого на 70% занимают авиационные предприятия разной степени секретности. В силу возраста, мое детство и юношество проходило во времена полного упадка, апогеем которого были, как их сейчас игриво называют, «лихие девяностые». Одно из сильнейших впечатлений того времени – свалка самолетов. В мое детское сознание никак не укладывалась мысль, что вот эти невероятно красивые и большие машины, никогда не увидят землю сверху. Я остервенело лазил по остаткам фюзеляжей, крыльев, рискуя свернуть себе шею, поэтому «мертвая», брошенная техника и общее настроение локального «фоллаута» засело чуть ли не в подсознании. ( и что дальше? )
|